Восприятие человека человеком в Японии

Путеводитель - О Японии и японцах

восприятие человека человеком в японии

Восприятие человека человеком начинается с оценки лица. По лицу все люди давно узнают этническую принадлежность, пол, возраст, настроение, а иногда и характер. Японцам издревле удавалось по лицу определять намерения и даже судьбу человека. С этим связано и их стремление скрывать свое лицо, поэтому у японцев, как правило, спокойное, безмятежное выражение лица, независимо от внутренних экспрессии и эмоций. Но старшее поколение японцев умеет все же различать за внешней невозмутимостью истинные чувства человека и упрекает молодых людей в том, что они не могут ухватить здесь разделительную черту (татэмаэ-хоннэ) между внешним и внутренним лицом, которая служит направляющим ориентиром в общении.

Внешнее лицо — это маска, точнее, татэмаэ (букв. остов, каркас, основа). За маской скрывается хоннэ (затаенное, истинное). Внешнее лицо — для всех, внутреннее — для себя и для своих близких. Только здесь, среди своих, считают японцы, можно дать волю эмоциям, переживаниям. В кругу других, ёсо-но хито (людей со стороны), эмоции должны сдерживаться. Это считается добродетелью. Японцы в общении ведут себя очень сдержанно. Недопустимость публичного выражения эмоций воспитывается у них с детства. Всякое проявление чувств не поощряется. Скрытность японцев — не лицемерие, а норма поведения. Быть скрытным, т. е. носить на лице маску, в Японии то же, что быть благопристойным.

Стремление японцев к тому, чтобы в общении обнажать лишь внешнее лицо, т. е. маску, вылилось в увлечение искусством изготовления масок. Японцы обычно имеют много самых различных масок. У каждого японского ребенка есть по крайней мере одна любимая маска, с помощью которой он делает себя неузнаваемым. Давайте познакомимся с некоторыми наиболее популярными японскими масками. Это даст нам возможность лучше изучить лицо японца, проникнув в его хоннэ. Ведь в масках запечатлены то или иное состояние человека и некоторые его личностные качества.

Маски. Для японца маска — это не фиксированное раз и навсегда выражение лица. Для японца маска живет. Маски театра Но, например, очень показательны в этом плане. Зритель замечает в этих масках в зависимости от ситуации или позы актера многие оттенки душевного состояния персонажей.

Маска тэнгу изображает сказочного героя, обладающего сверхъестественной силой, способного парить в воздухе и прыгать по крутым скалам. Термин и сама маска т э н г у используется также для подчеркивания отрицательных черт характера, в частности излишней самоуверенности, надменности, хвастовства. Для этого маска имеет характерную экспрессию: сведенные брови, внешние концы которых подняты; выпученные глаза; приподнятый подбородок; растянутые сжатые губы; крупный мясистый нос. Маска окрашивается в красный цвет.

Маска отафуку представляет собой полную противоположность тэнгу: цвет бледно-пепельный, выражение умеренно-скрытное. В японской культуре отсутствие ярко выраженных чувств издавна символизирует счастье и удовлетворенность. У японцев эта маска, кроме того, ассоциируется с жизнерадостным характером. Нужно заметить, что маска отафуку отражает общее отношение японцев к эмоциональным переживаниям: радостно тебе или грустно, это касается только тебя самого.

Маска хання изображает лицо разгневанной женщины. Это лицо вызывает у людей отвращение, отсюда мораль: поскольку разгневанный всегда неприятен — не надо гневаться. Рога у маски (от выражения «отрастить рога» — разгневаться) означают, что разгневанная женщина похожа на дьявола. Японцы утверждают, что белый головной убор невесте надевают на свадьбе для того, чтобы потом у нее не отрастали рога. Отличительная особенность маски — большой рот, как считают, свидетельствующий о крайней истеричности. Мужская половина Японии опасается женщин с таким ртом.

Маска цура обозначает задумчивость, озабоченность, неуверенность. Внешние концы бровей опущены, уголки губ опущены, все лицо вытянуто. С давних пор в Японии считается, что человек с таким выражением лица является игрушкой в руках судьбы. Такие типы обычно предполагают одиночество, над ними довлеют раздумья, нередко они боятся «как бы чего не вышло». Японцы часто сравнивают таких людей с лягушкой.

Маска кобэсими имеет две характерные особенности — преувеличенно большие глаза и специфически сомкнутые губы. Издавна в Японии людей, изображенных с помощью этой маски, относили к страстным, темпераментным натурам, нередко прибегающим к резким суждениям. Считается, что глаза здесь свидетельствуют о пытливости характера, а сомкнутый рот с опущенными уголками губ указывает на то, что обладатель его постоянно в чем-то сомневается, что-то ищет, исследует и т. д. Подобным людям приписываются такие черты характера, как непостоянство и легкомыслие. Женщины с подобными чертами лица, по японским поверьям, имеют большой успех у мужчин, однако из-за ветрености часто остаются одинокими.

Маска дэйган изображает людей замкнутых, болезненных, постоянно неудовлетворенных. Эти черты передаются в маске в основном глазами. Слабое раскрытие глаз с одновременным поднятием бровей без обозначения морщин на лбу обычно говорит об усталости человека, об утомлении его различными житейскими делами. Слегка раскрытый рот тем не менее свидетельствует, что обладатель подобного лица все же не потерял интереса к внешнему миру. Если такого человека хорошенько вовлечь в деятельность, думают японцы, то усталость его может со временем пройти. Говорят, что маска д э й г а н свидетельствует о страданиях, пережитых в молодые годы. Женщины с таким типом лица целомудренны, знают свое место в семье, стараются быть полезными мужу.

Маски оотобидэ и сисигути отличает большой рот. С давних времен это считалось хорошим признаком для мужчины. Если человек имел такой рот, в который свободно входил кулак, его считали обладателем исключительно твердой воли и способности повелевать. Японцы наделяют людей с большим ртом различными положительными качествами, они считают, что такие люди великодушны, справедливы и правильно оценивают человеческие качества. Обычно большой рот говорит о незаурядном здоровье, физической полноценности. Для женщины же, считают японцы, большой рот нежелателен. Правда, обладательницы такого рта имеют завидную физическую выносливость, однако в семье эта выносливость часто оборачивается негативными сторонами. Люди с небольшим, даже маленьким ртом воспринимаются в Японии женственными, устремленными натурами, знающими, что им делать.

Связь эмоционального состояния людей с выражением лица использовал Уэмура Бунракукэн (1737—1810), поставивший спектакли театра кукол стиля дзёрури. В 1872 г. в г. Осака был открыт театр под вывеской: Дозволенный правительством кукольный театр Бунраку. В дальнейшем это длинное название упразднили и осталось просто Бунраку. В кукольном театре, который известен под этим названием всему миру, маски кукол передают и настроение и характер персонажей. В театре используются вполне определенные выражения лиц кукол.

Маска мицухирэ (героя) свидетельствует о мятежном складе натуры, о бунтарских наклонностях. Шрам на лбу героя служит устрашающим знаком для его соперников. Этот шрам свидетельствует о бурно прожитых годах, об отчаянном поведении. Если шрам находится сбоку — это признак некоторой слабости героя, означающий возможность отхода от твердой линии поведения. Сведенные брови и вздернутые вверх их внешние концы — показатель решительности и непоколебимости. Эти же черты подчеркиваются специфической конфигурацией губ.

Лицо героини (персонаж кохару) — обычное стилизованное лицо японской женщины: вытянутый овал, узкие вскинутые брови, маленький рот, напомаженные губы, отсутствующий взгляд. Такое лицо говорит о глубоких чувствах, определенной скрытности и кокетливости. Нередко подобные лица, по мнению японцев, характерны для обольстительниц. Подобный тип лица, считают они, может принадлежать и женщине с переменчивой судьбой.

Тярикуби (тяри — интересный, привлекательный) — второстепенный персонаж кукольного театра. У него круглое лицо добряка, широко открытый рот, круглый нос, высокий лоб. Как правило, этот персонаж нравится людям, они питают к нему теплые чувства.

Тярионнакуби — женский персонаж кукольного театра. Это также привлекательное создание, сама непосредственность — слегка вздернутые брови, пухлые щеки, маленькие нос и рот. По характеру — чувствительная, хрупкая, доверчивая и бесхитростная. Быстро откликается па просьбы других, сама не ждет за это вознаграждения.

Эмоциональное состояние, а также некоторые характе-ролошческие черты людей в театре Кабуки обозначаются специфическими выразительными линиями на лице актера. Эти линии имеют вполне определенное значение. В наиболее известном гриме, называемом кумадори, используют три основных цвета, которыми наносятся линии: красный, синий и черный. Красный цвет обозначает страсть, справедливость и доблесть; синий — зло, страх, сверхъестественные начала; черный, а иногда и алый — божественность, а также колдовство. Иногда к этим цветам добавляют лиловый, коричневый, золотой. Соответствующие линии наносятся также на руки и ноги актера, правда, сейчас для этой цели чаще надевают раскрашенные носки и перчатки.

Грим Кабуки подчеркивает характер героев. Так, сила воли выражается вертикальными мазками: резко вздернутые вверх брови, направленный вверх разрез глаз, поднятые уголки губ. Лицо отрицательного персонажа разрисовано синими линиями, имеющими ответвления, направленные вниз. Белые цвета передают смятение, болезнь, униженность и т. д.

Искусство выражения эмоциональных переживаний людей с помощью масок и грима было использовано мастерами японской живописи у к и ё — э. В работах этих мастеров нашли отражение экспрессии японского лица, свидетельствующие о вполне определенных переживаниях.

Укиё-э — это гравюра на дереве, специфическое па-правление японского изобразительного искусства, возникшее в середине XVII в. Основателем направления считается Хисикава Моронобу. В конце XVIII в. мастерами укиё-э был создан жанр своеобразного портрета актеров и куртизанок. В этом жанре особенно преуспел Тосюсай Сяраку, который, по-видимому, находился под влиянием китайской системы лицегадания, физиогномики: его работы несут на себе печать классических шаблонов выражения чувств. Так, на лице злодея выделяются изогнутые брови, скошенные глаза, опущенные концы губ, приподнятый подбородок. Злодейский характер персонажа передается и в экспрессии рук, поднятых в угрожающем жесте. Совсем иными экспрессиямп характеризуются женские персонажи. Здесь превалируют мягкие линии и элегантные жесты. Лица женщин стилизованы под общий тип японок: вытянутое округлой формы лицо, узкий лоб, грустные глаза, маленький рот, прямой нос. В искусстве стилизованного женского портрета признанным мастером считается Кэйсай Эйсай (1790—1848). Большую известность в этом жанре получил также Китагава Утамаро. Изображаемых персонажей он наделял вполне определенными чертами характера. Так, женщин, отличающихся непостоянством, мастер изображал с густыми волосами, крупными зрачками, миниатюрным носом, разведенными бантиком губами.

Экспрессии японских масок и кукольных персонажей театра Бунраку, выразительные линии грима театра Кабуки и лицевые штампы гравюр у к и ё — э свидетельству ют о том, что японцы весьма восприимчивы к выражению человеческого лица. В общении они внимательно наблюдают за реакциями собеседника и тщательно контролируют свои. Впрочем, из универсальных реакций, отражающих удивление, страх, отвращение, ярость, печаль и радость, многие значительно отличаются от подобных реакций в других культурах.

Улыбка и смех. Мы привыкли, что улыбка появляется на лице, когда человек переживает что-то приятное, смех сопровождает внезапную радость или какие-либо другие положительные переживания. У японцев здесь есть исключения.

Известный исследователь японской действительности Лафкадио Хёрн (1850—1904) в своем трактате «Японская улыбка» рассказывает о том, как молодая служанка, нанятая в семью иностранца, побывав с разрешения хозяйки у себя дома на похоронах мужа, поведала своей госпоже об этом событии. Госпожа с недоумением спросила, почему она улыбается. Служанка ничего не могла ответить. Иностранка не поняла, подчеркивает Хёрн, что улыбка — это знак вежливости и деликатности у японцев, которых с детства учат не расстраивать своими личными переживаниями других людей.

Во время второй мировой войны, когда в семьи японцев приходили извещения о гибели близких, родственники встречали эти новости с улыбкой. Нет сомнения, что они переживали глубокое горе. В этом проявляется японская деликатность. Теперь молодые японцы иногда считают все это устаревшей традицией, но, когда им самим перевалит за 35, эта традиция и для них дает себя знать.

У Рюносукэ Акутагава есть короткий рассказ «Носовой платок». Суть его сводится к следующему.

К профессору, читавшему лекции в Токийском университете, пришла мать одного из учеников. Из ее рассказа профессор узнал, что его любимый ученик умер. Профессор был поражен не столько новостью, сколько поведением рассказчицы: на лице матери была улыбка. Профессор случайно уронил на пол веер. Когда он нагнулся за ним, то увидел, как руки матери нервно теребили на коленях носовой платок. Профессор понял все. Бедная женщина улыбалась, но сердце ее сжимало неутешное горе. Мать смеялась лицом, но плакала сердцем. В этом вся Япония.

Японцы любят радоваться, смеяться, улыбаться. Они считают, что боги, которым поклоняются люди, тоже улыбаются и даже смеются. Легенды говорят, что именно на звуки смеха богиня солнца Аматэрасу вышла из своей пещеры, где она пребывала в дурном настроении. Если бы богиня не услышала смеха, она осталась бы в пещере и тогда не было бы ни солнца, ни Японии.

Для японца существует не только радостный, счастливый смех, который всегда был убедительной силой. Благодаря развитому чувству собственного достоинства японцы особенно остерегаются стать посмешищем. Об этом знает каждый японский ребенок: «Если ты поступишь дурно, люди осмеют тебя».

Улыбка или смех в Японии могут означать разное — это и признак дружеского расположения, и выражение сдержанности, скрытности, и открытое выражение эмоций, и признак неловкости, вызванной затруднительным положением. Улыбка японца может означать «я понимаю» или «я не понимаю». Неудивительно поэтому, что одной из самых обычных улыбок японцев является «загадочная» улыбка. Такие улыбки запечатлены и на лицах будд, покоящихся в храмах, и на лицах каменных фигур д з и д з о, служащих украшением на больших дорогах.

У японцев можно различить несколько типов улыбок: улыбка, за которой скрывается печаль (женщина встречает мужа, который вернулся с похорон); надменная, неопределенная улыбка (усвоенная даже шестилетней девочкой) ; «социальная улыбка», которая служит подобно кимоно, надеваемому для подходящего момента, и которая изображается с целью соблюдения благопристойности; профессиональная улыбка (например, доктор улыбается пациенту); довольная улыбка человека в возрасте; улыбка бизнесмена на банкете.

Конечно, за каждой улыбкой или смехом что-то кроется. Есть просто улыбка эгао (букв, улыбающееся лицо; лицо, озаренное улыбкой), счастливая улыбка. Есть также шумный, буйный смех оварай (покатываться со смеху, хохотать) и такаварай (букв, «высокий смех», громкий смех, взрыв смеха) — возбужденный смех, смех в приподнятом настроении. Японцы различают виды смеха по звукам, соответствующим пяти гласным японской слоговой азбуки:

(а) — ва-ха-ха: оварай, только для мужчин;

(и) — и-хи-хи: хихиканье или смешок злобного ликования;

(у) — у-ху-ху: синобиварай (подавленный смех, смех исподтишка), скрытый смех как мужчин, так и женщин;

(э) — э-хе-хе: тэрэварай, или осэдзиварай, деланный (искусственный) смех, вызванный замешательством, или льстивый смех;

(о) — о-хо-хо: такаварай — смех женщины, который может быть искренним или просто благопристойным.

Бывают моменты, когда японцы не прочь забыть о правилах, моменты, когда они находятся в состоянии бурэй-ко (непринужденно, боа формальностей). Тогда они «снимают» маски и бурно радуются. Со своими друзьями японцы дают волю чувствам.

Жесты. Известный исследователь общения японцев Мититаро Тада в своей книге «Японская культура жестов» отмечает, что жесты и телодвижения японцев почти незаметны. «Когда я еду в электричке и наблюдаю за жестикуляцией беседующих, — отмечает он,— я убеждаюсь, что бросающихся в глаза жестов у японцев нет. Однако на днях, когда я совершал свой обычный путь, мое внимание привлекли две сидящие напротив женщины. Они, разговаривая, делали различные телодвижения, размахивали руками. Я наблюдал за ними и удивлялся: «Неужели японцы стали другими?“. Однако, прислушавшись, я понял, что собеседницы говорили не на японском языке. Я убедился: японцы ничуть не изменились! Жесты японцев все еще едва уловимы» [381]. В Японии считается похвальным умеренность и сдержанность в движениях. Поспешность воспринимается неодобрительно. Осанка, поза, манера жестикуляции у японцев имеют свой национальный колорит.

Как известно, в процессе общения собеседники часто кивают головами. У одних народов это является знаком согласия, у других — знаком несогласия. У японцев вертикальное быстрое движение головой означает не «я согласен с вами!», а скорее «я внимательно слушаю вас». По этому поводу в адрес японцев сыплются жалобы со стороны незадачливых иностранцев: «Как же так, все время мой партнер кивал утвердительно головой, а как дошло до завершения беседы, сказал чго-то вроде „нет»» (О различных вариантах «нет» см. раздел 3 настоящей главы.).

Чтобы подозвать кого-нибудь к себе, японец вытягивает руку вперед ладонью вниз и слегка согнутыми пальцами делает движение «ко мне». Таксист также реагирует на этот жест. Если же рука поднимается до уровня плеча, то это становится жестом «до свидания». Стоит кому-либо в толпе сделать перед собой жест, похожий на приостановленный рубящий удар, как люди расступаются и дают этому человеку дорогу. При этом даже машины, скрипя тормозами, замедляют свой бег или же останавливаются. Пальцы у японцев также сигнализируют определенные значения.

Кулак с торчащим вверх мизинцем означает «женщина» или «возлюбленная». Кулак с отогнутым большим пальцем означает «мужчина» или «возлюбленный». Если при этом мизинец и большой палец прикасаются друг к другу, то это означает любовную сцену. Когда же соприкасаются кончики большого и указательного пальцев, а остальные остаются вытянутыми, то это в Японии означает «деньги». А если при этом указательный палец изгибают, да еще пошевеливают им, вам следует покрепче держать свой кошелек, это предупреждение, что поблизости появился грабитель.

Если кто-либо усиленно всей пятерней почесывает голову, это значит, как и у некоторых других народов, что человек попал в затруднительное положение. Потирание брови копчиком среднего пальца, смоченного языком, воспринимается в Японии как обозначение обмана или плутовства. Такой жест со стороны иностранца может поставить японца в неудобное положение. При виде этого жеста японец начинает менять тактику разговора и прекращает обсуждение проблемы. Иностранец недоумевает: «Почему бы это вдруг?»

Или другой повод для недоумения. Открываются двери лифта, иностранец оказывается перед стеной японских бизнесменов в безукоризненных темных костюмах. Все смотрят куда-то мимо вновь входящего. А он не знает, нажимать ли ему самому кнопку или это сделает кто-нибудь из стоящих. Вошедший теряется перед этими отсутствующими взглядами. А они в Японии всюду: в переполненных поездах, в парках, на деловых совещаниях. С точки зрения японца, необычной является «фамильярность», которая создается через участливое обращение к незнакомому.

Рукопожатие в Японии не принято. Хотя бизнесмены, дипломаты, студенты, прожившие ряд лет на Западе, и привыкли к рукопожатию, японцы считают этот жест инородным. Он немыслим, по их мнению, для женщины. И если японцы замечают обменивающихся рукопожатием женщин, у них возникают негативные чувства. Чем объяснить, что в такой стране, как Япония, принимающей многие атрибуты Запада, рукопожатие не прививается? Нам думается, что, во-первых, японцы избегают пристального, прямого взгляда, который неизбежен при рукопожатии, а во-вторых, им не импонирует манера прикасаться друг к другу. Так или иначе, рукопожатие в Японии не включается в процесс общения.

Поза. Японские дети, пишет социолог Мититаро Тада [381], постоянно слышат наставления взрослых: «А ну, выпрями спину!» Между тем взрослые сами обычно находятся в сгорбленной, сутуловатой позе. Эта особенность японцев бросается в глаза.

Европеец, принимая наступательную позу, выставляет вперед подбородок, японец же поджимает подбородок, отчего его поза становится смиренной — тэйсисэй. Зачем это делается? Чтобы слиться со всеми, стать как все, не выделяться из общей массы. Если японец будет поступать иначе, он окажется как бы вне группы. Весь жизненный путь нации привел его к тому, чтобы он принимал смиренную позу. В Японии смиренная поза стала культурной и социальной ценностью. Эта поза регламентирует поведение японца в повседневной жизни. Понимать значение той или иной смиренной позы — значит правильно воспринимать японца.

Японец принимает смиренную позу при ходьбе, стоя, сидя. В Японии не принято вставать, когда входят другие люди, даже старшие. В сознании японца сидение — это смирение, поэтому он и не встает. Если приходит старший или почтенный посетитель, японец, не вставая, склоняется в его сторону и отвешивает вежливые поклоны. Поведение японца остается таким же, когда он сидит на стуле. Само смирение в сидячем положении проявляется в наклоне поясницы. Отсюда выражение — «Коси га хикуй» (букв, низкая поясница). Человека, который постоянно держит смиренную позу, японцы оценивают словами: «Анохито ва коси га хикуй» ( «Это скромный человек»).

Как видно, смиренная поза у японцев не обязательно носит оттенок раболепия. Склоненная поза делает человека более учтивым. Люди, «выпрямившие поясницу», считаются в Японии высокомерными. Выпрямление спины вызывает напряженность, японцы же стремятся к расслаблению мышц.

Принять позу расслабления — всегда приятно для японца. Когда его проводят в гостиную, заставленную европейской мебелью, и говорят: «Отдыхайте, будьте как дома!» — он чувствует себя стесненно. Какое там расслабление, когда мебель блестит от полировки или покрыта различными покрывалами. Японцу больше подходит го-ронэ — «полулежа». Отсюда появилось новое слово тэ-рэнэ — «прилечь у телевизора».

Служащий, уставший за неделю на службе, в воскресенье дает себе волю — разваливается на татами, опершись на локоть, и смотрит телевизор.

Повседневная обычная поза японца, в которой он чувствует себя раскованно, — это сидячая поза. Интерьер национального японскою дома устроен таким образом, что все его примечательности — токонома, икебана, тигайдана оборудованы на уровне обзора сидящего на татами человека. Уровень обзора сидящего является одним из стандартов японской культуры.

Сесть на татами по-японски — это встать на колени или опуститься на скрещенные ступни ног. Только длительная тренировка сидения с детства дает возможность удерживать данную позу более получаса. Когда японцы чувствуют неудобства или когда заноют их поги, они принимают более вольные позы. По японским нормам японке никогда не разрешается сидеть со скрещенными перед собой ногами, будь она даже в брюках.

 

 


Читайте:


Добавить комментарий


Защитный код
Обновить

Жизнь в Японии:

Кусатсу

News image

На севере Японии в горных районах Гунма расположен скрытый от людских глаз водный рай - Кусатсу. Его можно считать одним...

История японской

News image

Кроме рисованной, в Японии бывает и обычная, с живыми актерами.

Японское общество и Японская преступность

News image

Япония занимает первое место в мире по продолжительности жизни.

Когда японец вне дома

News image

Поведение японцев вне дома отличается от привычного для нас.